Голодные игры
Хочется верить, что режиссёр Керн Сэкстон порядочный человек и, закончив свой фильм, поступил по совести. То бишь обвязал одну копию подарочным бантиком, отнёс её на почту и в графе получатель указал «Квентину», игриво пририсовав пару сердечек. Нежные чувства к Тарантино по-своему можно понять. Как предмет киноманских воздыханий, он умеет много такого, от чего у начинающего постановщика потекут розовые сопли. Это целая собственная эстетика, в которой перемешиваются безжалостные бандюганы, меломанский выпендрёж, постмодернистский сюжетный кавардак и затейливые диалоги – вроде бы ни о чём, но по-дебильному прикольные. Однако при всех своих достоинствах и культовом статусе Тарантино всё равно остаётся автором не для всех. Что уж говорить про прилежный закос под его творчество?
