Первая треть 69-го Венецианского фестиваля кажется непривычно разреженной. Почти никого перед фестивальным Дворцом уже после 8 вечера: грохочет музыка, у барьера скучают фоторепортеры, а людей нет. Можете полюбоваться на фото: снято в 8 вечера, последний конкурсный просмотр начался, и все разошлись. В Канне, например, в это время - сущий карнавал, а тут - пустыня.
Это сказывается особенность Мостры: остров Лидо крошечный, от Венеции сюда надо пилить на вапоретто, а туристам здесь делать нечего - Венеция в сто раз интересней и уж точно уникальней. Поэтому зрителей в каннском или берлинском понимании на Лидо почти нет. А профессионалы не станут толпиться в надежде увидеть живьем Зака Эфрона. Впрочем, девочки какие-то нагрянули, поглазели на кумира, повизжали и уехали - и снова стало тихо.
Нет, такой пустыни здесь раньше не было. Значит, сказывается новая политика администрации, в которой Марко Мюллера сменил Альберто Барбера.
Это сказывается особенность Мостры: остров Лидо крошечный, от Венеции сюда надо пилить на вапоретто, а туристам здесь делать нечего - Венеция в сто раз интересней и уж точно уникальней. Поэтому зрителей в каннском или берлинском понимании на Лидо почти нет. А профессионалы не станут толпиться в надежде увидеть живьем Зака Эфрона. Впрочем, девочки какие-то нагрянули, поглазели на кумира, повизжали и уехали - и снова стало тихо.
Нет, такой пустыни здесь раньше не было. Значит, сказывается новая политика администрации, в которой Марко Мюллера сменил Альберто Барбера.

