Интервью. Оливье Ассаяс: Синефилы быстро становятся отмороженными академиками

АНДРЕЙ Ъ-ПЛАХОВ побеседовал с ОЛИВЬЕ АССАЯСОМ о его новой картине ("Что-то в воздухе").

— Как была воспринята картина разными политическими силами во Франции? Похоже, левым она не слишком приглянулась? Например, идеологам журнала Les Cahiers du Cinema, в котором вы когда-то начинали... 

— Я порвал с левыми французскими синефилами, которых представляет Les Cahiers du Cinema. Синефилы очень быстро становятся отмороженными академиками. Они не понимают, что в 1960-1970-е годы многие серьезные идеи были разработаны и пришли из кинематографа, а сегодня этого нет. Для меня теория — инструмент практики. Если теория теряет связь с практикой, она становится ходульной идеологией. У меня много общих интересов с Les Cahiers, я их читаю, уважаю, но их политику не разделяю.

Статья. Между двух элит: Андрей Плахов о программе Канн-2013

Уже многие годы Каннский фестиваль живет тасованием одной и той же колоды карт. Она, эта колода, сформировалась в годы безраздельного правления Жиля Жакоба, которое длилось ни много ни мало двадцать пять лет. За это время сложилась так называемая каннская номенклатура — список режиссеров-любимчиков, которым практически всегда открыта дорога в каннский конкурс.

В своем подавляющем большинстве это были действительно выдающиеся режиссеры, определявшие пейзаж постмодернистского мирового кинематографа в последнюю декаду ХХ века и даже еще отчасти в начале ХХI: Ларс фон Триер и братья Коэн, Атом Эгоян и Дэвид Кроненберг, Эмир Кустурица и Тео Ангелопулос, Клинт Иствуд и Нанни Моретти, Аки Каурисмяки и Александр Сокуров... Фестиваль был всегда открыт новым работам нестареющего хулигана Романа Полански, и почти каждый год в конкурсе или вне его появлялась новая лента Мануэла ди Оливейры, чей возраст (в этом году ему исполнится 105 лет) ненамного уступает возрасту кинематографа.