Кодекс Хейза очень долго диктовал Америке, что и как нужно показывать в кино. Тем временем послевоенная Европа, свободная от лицемерной борьбы за нравственность, ушла далеко вперёд – итальянцы и французы вернули столицу мирового кино в Старый Свет. Молодые американские зрители давно перестали ходить в кино на отечественные фильмы – они смотрели и любили Годара и Бергмана, и совершенно не хотели смотреть фильмы голливудских старцев. И первым фильмом, сломавшим хейзовские правила, стала гангстерская драма «
Бонни и Клайд». Студия изначально относилась к фильму, как к второсортному бандитскому боевику, но, поняв, что фильм наследует европейским «новым волнам», предложила место режиссёра Франсуа Трюффо, затем – Жан-Люку Годару, но французы не доверяли голливудской студии, полагая, что их творческие задумки будут зарезаны продюсерами. Тогда, махнув рукой, Джек Уорнер назначил режиссёром относительно молодого
Артура Пенна.
Фильм собрал невероятные деньги для «второсортного боевика» и окончательно поссорил между собой два поколения американских критиков. Самый авторитетный в то время рецензент США Босли Краузер разгромил фильм и даже организовал общественное движение, чтобы противостоять насилию и сексу на экранах. После этой рецензии Краузера уволили из «Нью-Йоркера». Тем временем в Чикаго юный Роджер Эберт писал одну из своих первых кинорецензий, где назвал «Бонни и Клайд» началом новой эры. Спустя некоторое время именно Эберт занял почётную должость главного кинокритика страны, а киноиндустрия США вошла в новую эпоху, называемую «Новым Голливудом». Скорсезе, Коппола, Олтмен, Богданович, Вуди Аллен поняли, что пришло их время.
(м. Исторический музей / Советская, ул. Пушкинcкая 22, Bar 34 Studio)
Анонс участвует в конкурсе комментариев Оставь коммент и получи 50 грн. Подробности и правила по ссылке - Конкурс
